Конспектирование

Важнейшей темой для всякого марксиста, как начинающего, так и сколь угодно продвинутого, является систематическое ведение конспектов прочитанных книг. Многие товарищи делают выписки и записывают идеи на бумагу или в файл, не используя какие-то более отчётливые методы, не разрабатывая систему последующей организации выписок – по темам, по тегам, по авторам и так далее, чтобы при возрастании объёма материала с ним эффективно работать. При случайном конспектировании может стихийно складываться организация записей по времени, иногда по темам. Меня эта тема заинтересовала в том отношении, что марксистской и иной приличной литературы – море, и чтобы в нём не утонуть, надо выделять важное и как-то систематизировать. Как я понимаю, сходные задачи ставились в советское время по крайней мере в ТРИЗ и в ММК. Существовали ли какие-то методы проработки больших объёмов текста, составления архивов и продуктивной работы с ними у западных философов, это мне не известно. На вскидку я бы в чём-то подобном мог заподозрить Деррида - в силу его сильной текстуальной направленности и великой продуктивности.

Памяти Эдуарда Лимонова

Великий русский писатель Эдуард Лимонов

 De mortuis aut bene, aut nihil – О мёртвых (следует говорить) или хорошо, или никак — гласит древнеримский афоризм, исходно отсылавший вовсе не к почтению перед памятью умерших, и уж тем более не к актуальным концептам некрополитики, а к банальному страху перед призраками покойников, способных согласно магическим представлениям вредить здоровью и благополучию живых. Недавно преставившийся писатель и политик Эдуард Вениаминович Лимонов при жизни сочетал здоровое хамство ко всем своим врагам с некоторым мистическим уклоном, поэтому не будет большой погрешностью перед его памятью дать некоторую — читательскую и избирательскую оценку его литературному и политическому творчеству.

Жиль Делёз и конец классической марксистской философии

Евгений Коноплёв

Жиль Делёз и конец классической марксистской философии

Введение

           

 Как показывает исторический опыт, всякое событие общественной и внеобщественной природы является преходящим. Возникая в силу определённого стечения причин, оно проходит этапы своего развития и рано или поздно прекращается, оставляя после себя те или иные результаты, которые, в свою очередь, могут послужить дальнейшему движению эволюционного прогресса.

Натурфилософия в учении Делёза и Гваттари

Евгений Коноплёв

Натурфилософия в учении Ж.Делёза и Ф.Гваттари

Введение

            В контексте материалистического поворота в современной философии, уже выразившего себя в различных формах спекулятивного реализма Мейясу, объектно-ориентированной онтологии Хармана, а также систем таких философов как Брассье, Негарестани, Джонстона, Вульфендейла и других – равно как и дышащих им в спину “стариков” – Бадью, Жижека и Латура – представляется важным определить критерии ценности уже имеющихся философских текста для развития на их основе последующих концептуальных построений и их научных, политических и методологических инвестиций. Значимым фактором в этом отношении является концептуальная насыщенность и разнообразие категорий, работающих в текстах того или иного автора. В этом отношении число значимых авторов и их текстов в новоевропейской философии вообще, весьма невелико. Так, например, сопоставимое число философски отрефлексированных понятий в системах начиная с Гегеля, имеет место лишь у восьми групп авторов М.Хайдеггера, Ж.Лакана, тандема Делёз-Гваттари, в школах Альтюссера и Щедровицкого-старшего, у Ж.Деррида, А.Бадью и С.Жижека.

Евгений Коноплёв. Одиннадцать ошибок Джордана Питерсона

Весенние дебаты словенского философа-марксиста Славоя Жижека и канадского психолога-консерватора Джордана Питерсона о счастье, капитализме и марксизме, показали не только неспособность противников марксизма к содержательной критике, но и тупиковый характер избыточно утончённой деконструктивистской полемики с заведомо тенденциозным противником. Рассуждения Жижека, как и всегда, продемонстрировали его эрудицию и знание механизмов индивидуального бессознательного, оставив за бортом политэкономическую, историческую, текстуальную и рефлексивную аргументацию. В то же время Питерсон не стеснялся приписывать Марксу тезисы его оппонентов, например Прудона[1], а вечность капитализма и утопичность социализма доказывать беллетристикой Солженицына и Достоевского. При этом все, или почти все аргументы, которые Питерсон использует в своей полемике, легко обращаются в критику самого же капитализма.

Евгений Коноплёв. Тезисы о Михаиле Лифшице

Обращаясь к спектру вопросов марксистской ортодоксии и ортопраксии, нельзя пройти мимо творчества Михаила Лифшица – советского философа-марксиста, специалиста в области эстетики и материалистической диалектики, исследователя эстетических взглядов Маркса и Ленина, разработчика проблематик теории отражения, онтогносеологии и теории тождеств. Несомненным достоинством творчества Михаила Лифшица являются разносторонность поставленных им вопросов, их связность друг с другом и с основными направлениями марксистской мысли XX века, а также их архивная фиксированность как разнородных фрагментов, частичность и множественность которых оставляет пространство для дальнейшего развития и интерпретации. В этом отношении фрагментарность лифшицианских текстов очевидно противостоит попыткам критиков и сторонников Лифшица придать цельность, целостность его учению, соглашаясь или отвергая его в целом. Подобный метафизический "холизм", по существу является антидиалектическим отрицанием взглядов самого Михаила Лифшица, в частности его версии алеаторного материализма, альтернативной алеаторному материализму Луи Альтюссера и его учеников и единомышленников. Суть дела же заключается в том, чтобы принять фрагментарный характер лифшицианства, его диавокальный смысл, следуя одним фрагментам, комментируя другие, исправляя третьи, критикуя четвёртые, отлагая рассмотрение пятых до решения предыдущих, и так далее. Бесконечное запаздывание структуры текста, характерное для деконструкции само навязывается текстуальностью лифшицианского марксизма, которому мы должны следовать помимо мнений его единомышленников, учеников и даже самого автора, тем более что вопрос об авторской инстанции как предполагаемом источнике всех смыслов текста, давно решён материалистически в пользу самодостаточности текста как их автономного от авторского мнения источнике.

Что такое диалектический материализм? часть 4

Мы знаем, что Маркс и Энгельс в ходе создания своей версии диалектического материализма, подвергли критике философские учения Гегеля и Фейербаха, чтобы извлечь из них те ценные элементы, что в них присутствовали. Однако, помимо Гегеля и Фейербаха существует множество других философов, чьи учения также содержат диалектические и материалистические компоненты, остающиеся до сих пор неизвлечёнными, так как возникло мнение, будто Маркс и Энгельс уже извлекли из философии всё, что там было, и критика философии больше не нужна. Но такое мнение является бездоказательным и ошибочным, и поэтому перед нами стоит задача высвободить диалектическое и материалистическое содержание категорий субъекта, объекта, сущности и субстанции, а также соотнесённых с ними категорий, о которых мы уже писали в прошлых статьях. Начнём с категории субъекта, конституирующей буржуазный способ философствования, начинающийся в мышлении французского философа Рене Декарта.